Разве в мои года нельзя мечтать о своём счастье? Этот вопрос давно вертелся у меня в голове, особенно когда видела обиженные глаза дочери, которая считала, что я теперь обязана посвятить себя её детям. Но я больше не хочу отказываться от себя. Не сейчас, когда наконец-то смогла вздохнуть свободно.
— Мам, а можно нам с ребятишками пожить у тебя? — попросила Алина, устроившись на моём диване в просторной квартире в самом сердце Нижнего Новгорода. Лицо её было перекошено, точно от укуса лимона.
Я даже не обернулась. Стоя у зеркала, втирала крем в едва заметные морщинки.
— А с чего это вдруг? — бросила я через плечо. — У тебя муж есть, своя жилплощадь. Детей рожала по своей воле, так что думать надо было заранее!
— Я вымоталась, мне невмоготу! Хочу просто выспаться, отдохнуть! Ты же пенсионерка! — заныла она.
— А ты в декрете! — наконец оторвалась от зеркала и взглянула на неё ледяным взглядом. — Почему ты решила, что раз мне шестой десяток, я обязана быть нянькой?
— Но это же твои внуки! — вспыхнула она.
— Это, в первую очередь, твои дети! Твои и Дениса! — уже теряя терпение, отрезала я. — Возвращайся домой. Муж скоро придёт, а ты, вижу, даже ужин не озаботилась приготовить.
— Я его почти не вижу! — Алина сорвалась на крик. — Он с двух работа возвращается и сразу спать! Всё на мне — дети, уборка, готовка! Он бы и неделю без меня прожил, а я бы у тебя отдохнула, отоспалась, без забот. Ты бы посидела с внучатами!
— Такси тебе вызвать, родная? — равнодушно спросила я. — Дети накормлены, осталось только уложить, а мужу хоть борщ свари.
— Да ладно, сама разберусь! — фыркнула она, набирая в телефоне номер. — Бабушка, нечего сказать! Все помогают с внуками, а эта в шестьдесят о свиданиях мечтает! Стыдно тебе должно быть!
Я не сдержалась.
— Как ты смеешь? — мой крик напугал годовалую Соню, а трёхлетний Артём прижался к маминой ноге. Сдерживая гнев, прошептала: — Я растила тебя и Максима одна! Твой отец ушёл к другой, да ещё детей наделал. Максим не суёт мне своих ребят, сам справляется! И я не мучила бабушку с дедом, хоть они и жили рядом!
Алина открыла рот, чтобы что-то ответить, но зазвонил телефон — такси уже ждало внизу. «Ну и оставайся со своими кавалерами, коли внуков не любишь!» — бросила она на прощание и хлопнула дверью.
Я вздохнула и вернулась к зеркалу. Пора смывать крем и наносить макияж — вечером встреча в кафе. Я знаю, что делаю. Двадцать лет работы в салоне красоты, тяжёлые годы. В 1991-м родился Максим, в 1997-м — Алина. Когда дочке не исполнилось и года, я узнала, что муж ждёт ребёнка от другой. Он даже не стал оправдываться — собрал вещи и исчез. Потом ещё раз, и ещё. На алименты надежды не было. Родители стыдились просить за меня — они сразу были против моего брака с Олегом. Хорошо хоть, квартиру оставил.
Максим пошёл в школу, Алину в садик взяли только в три. Выручала подруга Наташа — приносила косметику, и я с Алиной на руках бегала по домам, продавая её утром, а днём забирала сына. Когда родители узнали о разводе, отчитали, но стали помогать деньгами. Я отказывалась — хотела сама выкарабкаться.
Потом устроилась уборщицей в салон. Хозяйка заметила, что я разбираюсь в косметике, и посоветовала учиться. Я освоила визаж и маникюр, стала её правой рукой. Максим вырос, женился, двое ребятишек, правда, в ипотечной двушке. Когда родители умерли, их дом достался Алине — Максим не спорил, только предупредил: «Сестре отдавай, но на мужа не оформляй».
В пятьдесят семь случился микроинсульт. Отошла и поняла — хватит надрываться. Уволилась, беру клиентов по желанию. Хозяйка поддержала. Теперь мне шестьдесят один, я на пенсии и встречаюсь с Николаем — он тоже разведён, дети взрослые. Своё жильё есть, но пока не решаемся съезжаться. Главное — между нами есть искра, и я счастлива. После череды неудачных романов я это заслужила.
Но Алина! В девятнадцать замуж, сразу двоих родила. Это её решение было, хотя Денис уговаривал подождать. А теперь ноет: «Мам, я устала, ты же пенсионерка, посиди с детьми!» Думала, материнство — это прогулка? Денис вкалывает на двух работах, уходит затемно, приходит поздно, а ей не нравится. Ей бы до обеда валяться! Эгоистка!
В кафе, за столиком с Николаем, мне позвонила Алина. Был уже вечер, и я, насторожившись, ответила.
— Мам, я тут сижу и думаю — как тебе не стыдно? Твоя личная жизнь важнее внуков?! Я с ума схожу! Ты нас выгнала, даже не предложив чаю! Ты вообще понимаешь, что творишь? — голос её дрожал от злости.
— Ужин мужу приготовила? — спокойно спросила я. — Хоть что-то съедобное?
— Какая разница?! — взвизгнула она. — Хоть пельмени разогрела, тебе-то что?
— Он пашет на тебя и детей, а ты даже нормально накормить не можешь? — прищурилась я.
— Кого тебе жальче — меня с детьми или зятя? — язвительно бросила она.
— Зятя и детей! — резко ответила я. — Это моя вина, что в вечной гонке не заметила, как вырастила бездельницу. Они страдают из-за тебя! Не звони больше с такими глупостями и забудь про «отдых» за мой счёт!
Разговор оборвался. Николай, смущённо откашлявшись, спросил:
— Прости, не в моё дело, но… тебе не жалко дочь?
— Николай, кто кого обижает? — вздохнула я. — Откуда это мнение, что бабушка должна забыть о себе ради внуков? Нет, не должна! Если я её плохо воспитала, то теперь хоть попытаюсь исправить. Жалко? Нет, мне её… совсем не жалко.
