«Помогли соседке, а в ответ — донос. Это что, благодарность?»
— На днях к нам пришла соцслужба, — с горечью рассказывает 35-летняя Татьяна. — Говорят, поступила жалоба: будто наши дети живут в ужасных условиях. Инспектор осмотрел холодильник, комнаты, пристально изучил детей — но всё оказалось в порядке. Написал какие-то бумаги, велел подписать и ушёл.
Татьяна и её муж, Дмитрий, живут вместе уже давно. У них двое детей: восьмилетний Артём и пятилетняя Алиса. Дети послушные, родителям не перечат, в семье царит лад. Татьяна никак не могла понять, кто и зачем на них нажаловался.
Родители расспросили детей: всё ли нормально в школе и садике? Те лишь пожали плечами — ничего подозрительного. Хорошо, что обошлось, но мысль о том, кто это сделал, не давала Татьяне покоя.
Через неделю она случайно столкнулась с Верой, внучкой их соседки. Отношения у них были холодные: виделись всего раз, и тогда всё закончилось ссорой.
Бабушка Веры, тётя Люба, была рада, когда Татьяна с Дмитрием переехали в их дом в Екатеринбурге. Часто заходила на чай, приносила пироги. Присматривала за Артёмом, когда он был маленьким. В ответ Татьяна с мужем помогали ей: чинили краны, покупали продукты, даже возили на дачу.
Когда тётя Люба заболела и не могла встать с кровати, Татьяна стала для неё спасением. Каждый день убирала, готовила, помогала умыться. Соцработник приходил, но лишь для галочки — он не мог сидеть с ней часами. Родственников у тёти Любы будто не существовало — они не появлялись годами.
— За десять лет никто из них даже не позвонил, — вспоминает Татьяна. — Я думала, у неё никого нет. Мы тратили свои деньги на её таблетки — пенсии едва хватало на квартиру. Но у нас своя семья, свои хлопоты. В какой-то момент я поняла — мы не тянем. Решила разыскать её родню.
Расспросила тётю Любу, нашла в соцсетях её дочь Ирину и внучку Веру. Написала Ирине, умоляя приехать — бабушке становилось хуже. Конечно, Татьяна рассказала об этом соседке.
Тётя Люба расплакалась от счастья: она не видела дочь и внучку 18 лет. Последний раз Вера приезжала, когда ей было шесть. Тогда Ирина потребовала продать квартиру, но тётя Люба отказалась. Дочь накричала на неё и исчезла.
На следующий день Ирина приехала. Но вместо благодарности обвинила Татьяну: мол, ухаживает за старухой только ради жилья. Даже намекнула, что, возможно, травит её, чтобы побыстрее освободить квартиру.
— Кричала, что я аферистка, что втерлась в доверие! — с дрожью в голосе говорит Татьяна. — Дмитрий не выдержал, выгнал их. Ирина и Вера ушли, но та, прежде чем хлопнуть дверью, прошипела: «Мы вас ещё достанем, жулики! Будете сидеть!»
Когда Татьяна снова увидела Веру, всё встало на свои места. Это она написала донос в соцслужбу.
— Я просто хотела помочь, — голос Татьяны дрожит от обиды. — Мне не нужна её квартира. Я видела, как она одинока. Если бы знала, какие у неё родственники, ни за что бы не стала их искать! Больше не полезу ни в чьи дела. Соцслужба мне не страшна — у нас порядок. Но как же больно, что всё так вышло…
Татьяна до сих пор в потрясении. Она вспоминает, как тётя Люба радовалась её приходу, как благодарила. А теперь за эту доброту ей пришлось расплачиваться. Ирина и Вера, вместо того чтобы заботиться о старушке, превратили Татьяну в врага.
Дмитрий пытается её успокоить, но она чувствует себя преданной. «Столько лет помогали, тратили силы, деньги… А в ответ — нож в спину. Это теперь так благодарят?»
Татьяна больше не заходит к тёте Любе. Невыносимо думать, что её доброта привела к такому. Боится новых доносов. Но где-то в глубине души мучает вопрос: как теперь живёт соседка? Неужели дочь и внучка одумались? Или она снова одна?
— Не знаю, как теперь людям в глаза смотреть, — признаётся Татьяна. — Хотели быть хорошими соседями. А теперь чувствую себя виноватой, хотя ничего плохого не сделала…