Давно это было, ещё при моей молодости, но помнится, будто вчера. Бабушка моего мужа, Вадима, доживала свой век в тихом городке под Вологдой. Жила она не одна — в старой, но крепкой трёхкомнатной квартире ютились семь душ: сама старушка, её сын с невесткой да внучка с двумя малышами.
Заботы у неё не было — семья окружила её теплом да вниманием. Только вот о своей дочери и сыне вспоминала она лишь под Рождество. Звонила дочери, расспрашивала, а раньше ещё и деньги присылала, чтоб та купила гостинцы — ей да Вадиму. Тысяч пять на тёплый пуховый платок, тысячу на вышитые рушники, да ещё пару тысяч — на хорошее бельё. Бабушка свято верила, что это и есть самые нужные подарки.
Когда в жизни Вадима появились я да мой сынишка от первого брака, всё переменилось. Мы стали жить вместе, и свекровь тут же донесла весть бабушке. Та только обрадовалась — внук обрёл семью: добрую жену да ребёнка. Ведь для неё чужих детей не бывало. Сама когда-то приютила сирот — племянников дальней родственницы, вырастила как родных. Теперь они ей помогают, зовут перебраться к ним, да только она не хочет бросать внучат.
Прожили мы с Вадимом полгода, а в начале декабря и в ЗАГС подали заявление. Бабушка, как водится, выслала деньги на подарки, дала свекрови наказ — что купить. Свекровь позвонила Вадиму, упросила свозить её по лавкам — мол, много всего носить придётся. Машина была моя, а Вадим прав ещё не получил, о чём свекровь отлично знала. Собрались все: я за рулём, сын на заднем сиденье, поехали за ней.
Только села она в машину — кашлять начала так, что сердце ёкнуло. Будто лёгкие вот-вот вывернет! Сын только из больницы, вот я и спросила — не больна ли? Махнула рукой: «Да это от новых папирос, жалко выкидывать». Отец мой курил всю жизнь — такого кашля не слыхивала. Да ещё виски растирает, будто голова раскалывается. Ясно — больна.
Прямо и сказала: с ребёнком рисковать не стану. Предложила выбор: либо они с Вадимом едут на такси, а я с сыном домой, либо я её везу, но Вадим с мальцом на извозчике возвращаются. Она первое выбрала.
Через три часа Вадим вернулся с гостинцами по бабушкиному списку: мне — скатерть да занавески, сыну — игрушечный паровозик, ему самому — мыло душистое да полотенце новое. А свекровь, видать, обиделась. Позвонила бабушке, заявила — больше подарков нам покупать не станет. Бабушка тут же ко мне: «Дай номер карты, сама деньги переведу».
Встретили мы Рождество в своём кругу, от ужина со свекровью отказались. Вадим съездил один, поздравления передал, подарки вручил. Бабушке отвезли конфет, икры, шоколада да копчёной колбасы — её любимой.
Скоро я за Вадима замуж вышла, и следующий праздник встречала уже женой. Бабушка снова подарки прислала, а дочери деньги отдельно отослала. Да ещё спросила у Вадима, сколько нам досталось. Он правду сказал — вышло втрое больше, чем свекрови. Логично же: на четверых — четыре части. Свекровь опять с нами ехать захотела, но Вадим отказал. Я даже не знала — не стала бы противиться.
Перед праздниками всех поздравили: свекрови — гостинцы да подарки, бабушке — деликатесы да платок тёплый. Только в самую ночь пришло от свекрови письмо. Поздравление сквозь зубы: мол, свекровь надо уважать, сына от матери не отрывать. Пожелала мне «в праздники одной сидеть, как ей теперь».
Я Вадиму показала. Он злиться не стал, только через пару дней позвонил, спросил — в чём дело. Оказалось, я, по её словам, «между ней и сыном встала». Обвинила, что подарки у неё отбираю да сына отворачиваю. Вадим ей прямо сказал: «Выдумываешь, мать. Выпей чаю с ромашкой, успокойся».
Следующий праздник встречали, когда я дочку носила. Бабушка знала — денег прислала с запасом, чтоб и на наряд к выписке хватило. В итоге нам впятеро больше, чем свекрови, досталось. Та от бабушки пронюхала, а Вадим на расспросы молчал.
Год прошёл — а мир так и не навели. Для неё я воровка, что и сына, и мать у неё украла. Откуда такие мысли — ума не приложу. Жизнь с Вадимом ничего не изменила — он и раньше редко к ней заглядывал. От подарков сама отказалась. Ну да ладно — проще же на меня кивать.
Даже внучку видеть не хочет. Со всеми перессорилась, так что и Вадим еле терпит. Твердит, будто наш брак — ненадолго, ждёт, когда он «одумается» да разведётся. Вадим в ответ трубку бросает, а если у неё в доме — так и вовсе уходит.
Скоро бабушка снова списки пришлёт, деньги переведёт. Вадим не хочет для матери ничего покупать, да я уговорила — родная всё-таки. Как оставить её без гостинца? Знать не знаю, помиримся ли когда, но одно ясно — вины моей тут нет.